«Двойное отрицание в строчке “We don’t need no education” может быть намеренно допущенной ошибкой, призванной указать на низкое качество образования».

«ММСО.Пушкин» — конференция для учителей русского языка и литературы, 15-16 октября 2020 года

Мы привыкли, что объектом изучения у нас является классика — проверенная временем, описанная учеными и методистами, закрепленная в учебниках. А литература современная — с ней часто непонятно, что делать, мнения не устоялись да и странная она какая-то… А уж так, чтобы автор, да еще живой, пришел к нам в класс и остался... И наблюдает, как мы его будем «проходить» — это что-то из области фантастики или фильма ужасов. Но сегодня у нас ситуация именно такая.

Раньше в моем лексиконе это были «девушки, машущие цветастыми мохнатками», а теперь правильно говорю: <b>чирлидеры с пипидастрами</b>. Только вот где я это говорю...?

Стёб — стилистически маркированный тип прагмариторической речи с широкой коннотативной палитрой, обязательно предусматривающий интерпретативную общность.

С задней парты голос: — Не УНДО, а АНДУ. — Почему? — спрашиваю я. — Потому что это значит «не делать».

Никакой диссеминации в педагогике нет. Есть отличное слово «распространение» (буквально: увеличение в пространстве) — им и пользуйтесь. Есть английское слово «dissemination», которое примерно это и значит: «​the act of spreading information or knowledge so that it reaches many people» Но в русском языке это используется только как медицинский термин, причем в большинстве случаев — онкологический. Они бы еще «диссеминировали метастазы опыта» — тоже было бы лихо.

Некоторое время назад имел интересный разговор с мамой своего одноклассника, учителем английского языка. Речь, естественно, шла об образовании, точнее о смысле этого понятия.

Многие согласятся, что мат снимает боль (не только физическую), спасает от уничтожения хрупкие предметы, попадающие в неудачный час под руку, помогает несколькими фразами в краткие сроки установить тесный эмоциональный контакт — в общем, делает много хороших и полезных дел...

Несмотря на всю противоречивость, фигура автора заслуживает если не уважения, то уж точно весьма пристального внимания. Нигде Аввакум надолго не мог задержаться — в силу крутого нрава плодил вокруг себя врагов и был отовсюду изгоняем. 15 лет провел в заключении в Пустозерске (маленький городишко на далеком севере) и написал там около 70 сочинений. При этом, сидя в земляной тюрьме, был известен и читаем на всей Руси — его обращения к единомышленникам-старообрядцам моментально разлетались по стране (блогер той эпохи!). В конце концов сумел своей непреклонностью (а по сути религиозным фанатизмом) довести до белого каления самого царя Алексея Михайловича и, все так же убежденный в своей правоте, был сожжен на костре: огонь «вельми расшуме и восзгореся великим пламенем на воздухе, Аввакум, Епифаний, Лазарь и Федор наклонишася в землю, и пламень объят их».