В пятницу, 10 апреля, был на гимназической «Конференции победителей», ежегодно проводимой «Ассоциацией гимназий Санкт-Петербурга». Уже второй год «жюрю» детские работы. Идея в том, что приезжают хорошие детишки из школ Питера и других городов и представляют свои научно-исследовательские работы. Вообще исследовательская работа школьников — вещь хоть и неоднозначная, но имеющая, в принципе, благую цель: показать ученикам, что наука — это классно, здорово и интересно.

В этом году сидел на секции, где ученики показывали свои работы с презентациями (этот грустный момент сейчас опустим, потому что презентации у нас вообще мало кто умеет делать — и учителя, и детишки...)

Я о содержании. Было еще более грустно.

Выходит мальчик и начинает по пунктам расписывать, какая кошмарно-ужасная книга А. Иванова «Общага-на-Крови». Ну допустим, ужасная, но «зачем же стулья ломать», мало ли макулатуры на свете? Спрашиваю о цели выступления, что он сказать хочет этими эмоциональными инвективами? Говорит, что стремится предостеречь молодое поколение от чтения некачественной литературы. И призывает читать классику и первоисточники, например, Горького. Это почти цитата. Вы думаете, произнося это, 11-классник хотя бы улыбнулся? Нет, вот так прямо в глаза — пафосно и малоосмысленно. Но это был единственный, кто хотя бы с эмоциями вышел какими-то. Пусть ахинея, но зато хотя бы от себя.

«Тут вообще началось — не опишешь в словах».

Очень милая девушка, с виду очень серьезная работа «Образ бабушки в русской литературе». Видно по стилю, что ребенок писал, в принципе, сам. Но вот с докладом как-то не особо. Видимо, учитель (как бы научрук работы) имеет представление о науке как о среде, где все говорят красиво и путано, поэтому девочка рассказывает о своих литературных бабушках, вворачивая «мифопоэтики», «архетипы» и «хронотопы». И так бодренько, заученно, одна лишь беда: ни к селу, ни к городу. Спрашиваю у нее: а что такое хронотоп?

В глазах ужас, ребенок мечется, мнется: «Что делать!?! уроды из жюри валят!!!» Видимо, на этот случай ее училка посоветовала девочке начинать в произвольном порядке сыпать терминами, в расчете на то, что от этого «умнения» дяденьки-тетеньки растрогаются и сами ничего не поймут. Поэтому я с удивлением слышу: «Хронотоп... ну... это такой специфический случай употребления архилексемы...»

• СТО-О-ОООП!!! Что такое хронос?
  Лицо ребенка светлеет: «Время».
• А топос?
• Место (уже с улыбкой).
• А причем тогда здесь хронотоп?
• Ни при чем.
• Понял. Продолжаем.
  
  

Дальше — еще хуже. Работа на 22 страницы. Тема: «Символика цветов в русской и зарубежной литературе». Ага, на 20 страниц. Про все цветы. И в русской, и в зарубежной. Все эпох и времен. Оторвать бы что-нибудь не к месту выступающее учителю, который такую тему сформулировал. Потому как никакой «символики цветов» не бывает. Либо символика цвета (красный-синий-желтый), либо символика цветка (розы, василька, тюльпана). Естественно, о символе мы говорим, взяв всего одно стихотворение (это к вопросу о методе). В процессе рассказа возникает что-то гейневское. Смотрю на слайд: «Г. Генрих». Сижу и думаю: может, это такой очень плохой, некачественный генрих, где «г.» — это эпитет? Спрашиваю: «Что это?» Не понимает. «Видите ли, Генрих — это имя, а Гейне — фамилия.» Ответ: «И что?»

Тут уже теряюсь я. Дальше чуть не в крик: «А что вы меня валите, я в первый раз приехала, я еще в восьмом классе учусь, я не могу все знать». Эдак с раздражением и повизгивая. Мне все это совсем уже не нравится: «Знаете, если к восьмому классу вы не знаете, что „Генрих“ — это немецкое имя, значит вы маловато книжек прочли. Например, сказок». Кто дал ребенку заниматься такой профанацией? На презентацию вообще смотрели?

Выходят две девчонки. «Образ Н. Н. Гончаровой в письмах А. С. Пушкина и произведениях современников». И рассказывают, что либо Наталья Николаевна была красивая, либо умная (мнения исследователей разделились, ага:-) И не согласны докладчицы с Цветаевой, которая назвала Н. Н. «дурой». Нет, говорят, она не дура, она на фортепиано играла, на разных языках говорила, да и вообще была образованная. Я спрашиваю:

«А не бывает образованных дураков? „Образование“ и „дурак“ — это синонимы?»

Не понимают вопроса. Думают, что издеваюсь. Ох...

Можно продолжать, но неинтересно. При этом, самое, пожалуй, большое огорчение, что все выходят выступать с до буквы заученной речью, подняв очи к потолку. И так все пафосно, патетично, без малейшей улыбки, с массой бессмысленной терминологии. Это создает впечатление (у участников и у аудитории), что наука — это вот такие разговоры ни о чем, приправленные терминологическим словоблудием, которое надо произносить без малейшей улыбки. Деревянные солдаты Урфина Джюса...

Можно, конечно, и спросить себя: «Зачем детишек потоптал? Посидел бы тихо». Не хочется. Потому как лучше пусть не будет никакого впечатления, чем такое. Каждый выходит не для того, чтобы рассказать, поделиться тем, что сделал, а надуть и выкрутиться. Это к науке и исследованию не имеет ни малейшего.

Фото не с этой конференции, а просто из инета.