— Знаете, тут думали, что у Ивановых Петров украл серебряные ложки.
— И что, доказали, что он?
— Нет, ложки-то нашли, хозяйка их в сервант положила, да и забыла об этом.
— Ну хорошо, значит Петров не виноват.
— Это-то конечно. Но неприятный осадок все же остался…

Посмотрите ссылки:

— Учительница довела сироту до самоубийства.
— Возбуждено дело по факту самоубийства питерского подростка из-за издевательств учительницы
— Классный руководитель довел школьника до самоубийства
— Школьник наложил на себя руки. У него не было 300 р. на ремонт
— В отношении учительницы, доведшей школьника до самоубийства, возбуждено уголовное дело
— Учительницу подозревают в доведении ученика до самоубийства
— Учительнице, виновной в смерти школьника, грозит пять лет
— Учительница довела школьника до самоубийства?
— В Петербурге подросток покончил с собой после издевательств учителя
— Валентина Матвиенко потрясена самоубийством школьника, доведенного учителем
— https://web.archive.org/web/20070113062339/http://www.fontanka.ru/150152
— Из-за издевательств в школе 14-летний подросток бросился под поезд
— https://web.archive.org/web/20070113062339/http://www.echo.msk.ru/news/270898.html
— Школьная учительница довела ребенка до самоубийства
— Прокуратура Санкт-Петербурга расследует самоубийство школьника

Прочитали? Вознегодовали? А теперь о другой правде. У каждой монеты есть аверс и реверс.

Это ЧП случилось в Красносельском районе Петербурга, в котором я работаю. Поэтому у меня есть несколько иной взгляд на случившееся.

Да, случилась страшная, страшнейшая трагедия. Погиб ребенок. Ситуацию усугубляет то, что он был сирота, не отличался, как пишут, девиантными проявлениями. Жалко бабушку, с таким трудом поднимавшую внуков — вряд ли после ТАКОГО ей суждена долгая жизнь. И что тогда будет с братом мальчика? Совсем страшно.

И все же при этом я пишу о другом, уж простите.

Сегодня работа школы, где случилась трагедия, парализована. Вранье, что учительница как ни в чем не бывало, продолжает работать или находится на больничном. Она уволилась.

С ночи у порога школы дежурят журналисты разных мастей — падальщики и охотники за горяченьким. Директора школы подвозит на работу муж, журналисты не дают ей выйти из машины, она звонит завРОО — «Что делать?» — та обращается к Главе администрации. Все стоят на головах. Сегодня, 30.09.05., с утра у школы «дежурило» 50 журналистов!!! Районный отдел образования ничем другим больше не занят, все парализовано, все только дают комментарии по случившемуся.

В самой школе не вздохнуть от журналистов и телекамер. У всех — педагогов, учеников — спрашивают что-то, берут интервью. Опустим, что это противозаконно: ребенок не имеет права давать интервью без согласия родителей, в школе — учителей. Одноклассники погибшего мальчика (напоминаю: восьмой класс) соревнуются друг с другом: «пошли поснимаемся! ты сколько интервью дал? 5? а я 7! а на третьем этаже еще приехали, айда туда!» Никакой учебы нет и в помине. В школе милиция, делом занялась Прокуратура, Отдел по профилактике правонарушений среди несовершеннолетних, РУБОП. Все перевернуто, все носятся как оглашенные… и при этом ничего не происходит.

Ответ, что ты человек из образования Красносельского района, рождает однозначное: «А, это там у вас…» Буквально сегодня был в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга на городском мероприятии — там это обсуждается на каждом углу.

Губернатор собирается разобраться, утверждает, что данный повод — сигнал к началу фронтальных проверок всей системы городского образования. Чем это обернется на практике — хорошо поймет любой образовательный управленец. Поседеет при этом. Может быть, попытается объяснить. Сомневаюсь, что культурно. Грядет многонедельная (или многомесячная) нервотрепка всех и про все.

А вы еще не забыли, что вообще-то случилась трагедия и погиб ребенок? А происходит именно это — идет валом снежный ком, под которым оказалась похороненной первопричина всего этого карнавала.

Читаешь негодующие коментарии наших добропорядочных сограждан, вспоминаешь Высоцкого: «Двери наших мозгов посрывало с петель — в миражи берегов, в покрывала земель». Напрочь сорвало. Многочисленные эпитеты в отношении этой учительницы опустим из цензурных соображений (сука и тварь — вполне приличные) Ах, эти скоты учителя да директора — все им мало! И бастуют, и денег хотят больше, а сами вот такие ублюдки — доводят до самоубийства наших с вами детей! Поборы с родителей — преступление! Налоговую на них напустить! Нашей крови, упыри, насосались и жируют припевачи, мерзавцы!

Так вот, отвечаю всем и разом. Заткнитесь! Все. У вас нет никакого права об этом судить, потому что на основании этой макулатуры никакой объективной картины не получите. И пишут эти опусы охотники за клубничкой, озабоченные лишь тем, как бы достать «чо погорячее». И никто не дал вам права, болезные, судить этого учителя.

Я не защищаю учительницу, которая оказалась в центре в трагедии. Прямо повинна или косвенно — докажет (если докажет?) судебное разбирательство. А до этого ни одного слова прозвучать не должно.

Я шесть лет стоял перед классом. Многие знают лучше меня, что это за профессия, но и у меня есть некоторое представление. Я знаю, что значит на полной выкладке провести 4 урока подряд — после этого свитер можно выжимать и единственное желание — куда-то спрятаться и уже не видеть вообще никого. «Ха, 4 урока!», — усмехнется на это самый обычный учитель. «А больше 30 часов в неделю не хотите, и при этом годами?»

Да, больше этот учитель ни в одну школу не попадет, этому человеку выдадут волчий билет, ее педагогическая карьера закончилась. Но при этом я не берусь судить о ситуации, т. к. я о ней ничего не знаю. Может быть, все так и было, как написано. А может, произошло трагическое стечение обстоятельств, до которых докопаться сегодня… сомневаюсь, что уже можно. Показания 8-классников сегодня одни, завтра другие. Было ли это планомерное, рассчетливое доведение подростка до суицида или…? Нам не дано предугадать... Но что я точно понимаю, так это то, что такое может случиться с каждым, стоящим перед классом. С каждым! Неосторожное слово, непродуманный поступок — и подобный рецидив. В душу другому не залезешь. Об этом знаешь, помнишь, но все живые люди. И этот дамоклов меч, поверьте, висит над учителем. И все молятся тому, чтобы он не сорвался.

Я знаю, что будет дальше. Пресса поднимет целую кампанию против поборов с родителей (это тема отдельная и совсем не такая однозначная, как кажется), образование района войдет на некоторый период в полный коллапс, школу, где произошло ЧП, будут трясти еще очень долгий срок, это приведет к искривлению учебного процесса и тут уже замкнутый круг: вновь жалобы, вновь петиции и обращения, а «там» как узнают, что это «та самая школа, где…» — нажмут еще сильнее. Ситуация прозрачная и просчитываемая на много ходов вперед.

Но есть более неприятное. Действительно страшное, хотя и несопоставимое с трагедией гибели ребенка. Послушайте и приглядитесь к тону комментаторов (кстати, форумы и обсуждения есть не только на KP.RU, для полноты картины сходите на Фонтанку). Какая ненависть звучит в адрес школы, учительства! Это, господа, социологический срез, очень характерный. Ярость, бешенство, ненависть истекающих пенящихся слюной. Это картина отношения общества к нашему образованию. После этого заявления о возрождении, гуманизации, индивидуальном подходе, модернизации и прочей белиберде можно забыть как дурной сон. Ибо правда жизни — вот она, во всей своей красе явленная.

Вспомнился Макаревич:

Не дай вам Бог хоть раз взойти на сцену
С той стороны, где дверь «Служебный вход»,
Где все имеет подлинную цену,
Где все не так, где все наоборот.
Как вы любили кости мыть артистам
За водку и за низкую мораль —
И в личной жизни, мол, у них нечисто,
И часто, мол, спиваются, а жаль…
Как вам не стыдно? Уберите лапы!
Не смейте лгать и верить тем, кто лгал,
И тихо встаньте, и снимите шляпы
Пред тем, кто вас сегодня развлекал.

P.S. Совершенно случайно попалось на глаза — вот по этому адресу комментарий к статье в «Смене»:

Может, не все так было просто? Кто знает?

30 сентября 2005 года